sportle
Книги современная литература
-
Книги
/
-
Современная литература (15)
Похожие товары
Последний шпион. Костюков Л.
Хищная оттепель. Смирнов А.
Железный ренессанс. Шпаков В.
Сборник «Волчьи чары» составлен из произведений Михаила Коновальчука, созданных в последние годы. Это всё киноповести. Автор настаивает именно на таком определении жанра, в котором работает. И дело не в том, что изначально тексты писались как литературные сценарии, а скорее в том, что впечатления от них абсолютно кинематографичные, со всеми этими звуками «долби» и красками яркого «кодака». И ещё важно, как рассказаны истории. Если это сюжет, то это сюжет, если это текст восточная шкатулка-головоломка, то изобилие форм и сочетаний. Искушённый читатель увидит между строк профили «романтиков» начала двадцатого века, а прочие просто порадуются складному повествованию или проникнутся нежной грустью автора, который любит всех своих персонажей без исключения.Книга рассчитана на широкий круг читателя.
Катерина, уставшая от скучной жизни матери семейства, обнаруживает в себе возможность «просыпаться» в другом теле. Она может превращаться в рыжеволосую женщину, которая обладает невероятной фантазией, ввязывается в различные авантюры, быстро находит себе новых мужчин, пишет романы. Мало-помалу Катерина входит во вкус и всё больше времени проводит в новом теле. Семейное благополучие Катерины идет побоку, а рыжеволосая женщина решает выяснить тайну своего происхождения. Став известной писательницей, она колесит по миру, встречается с египетскими божествами, с тенью Голема и проникает в тайны древних мистерий Апулея...
Начальник башни. Шнуренко И.
За словами «Ангел» и «Создатель» могут скрываться живые характеры и мятежные души. Ангел, лишившийся крыльев, ищет свое место в мире людей. Вместе со своими друзьями он противостоит попыткам различных сил использовать наш мир в своих личных целях. Действие книги происходит в реалиях жизни поколения, заставшего переход от СССР к сегодняшней России, и отражает поиск собственного пути части этого поколения.
Ценители давно знают Михаила Квадратова, одного из самых своеобразных поэтов теперешней России. Многим казалось, что его стихи, в которых чудесные существа совершают чудесные поступки, отделены непреодолимым рвом от окружающей нас реальности. Написав свой первый роман, Квадратов этот ров самолично засыпал, снабдив свой стихотворный архипелаг ясной координатной сеткой. Это роман обманный, протеический, оборачивающийся то трактатом, то путеводителем, то каталогом, то космогоническим сказанием. «Гномья яма» - это и жилище гномов, гномиев, гномиусов - агентов земляной стихии, и Москва девяностых годов, где русские мальчики и русские дяденьки, оказавшись на развалинах прежней жизни, бродили по-броуновски, сновали туда-сюда деловыми сомнамбулами, грузили, таскали, пересчитывали и переписывали случайно привязавшийся к ним товар. Портрет этой эпохи в исполнении Квадратова одновременно и узнаваем, и непривычен, что делает его особенно убедительным. Упрямые поиски смысла в этом образцово обессмысленном бытовании уводят автора и его героя в мир алхимических элементалей и угро-финских богов, отправляют читателя по следам чернокнижников петровской эпохи и чекистов-мистиков. Но главная площадка, на которой происходит действие книги, тесна, чётко определена и дотошно выписана. Это Красные Ворота, Басманные улицы, сад Баумана, Яуза, Немецкая слобода. На этой площадке автор творит новый завораживающий московский миф, повествуя о жизни, которая увязает в земле и в то же время трепещет на крыльях Бабочки.